«Родина сначала кинула мясом, а теперь бросила умирать»

Украина объявила о контрнаступлении на юге страны, в Херсонской области, 29 августа, а 6 сентября начала наступательную операцию на востоке — в Харьковской области. За это время украинская армия освободила десятки населенных пунктов и продвинулась вглубь российских оборонительных позиций. Поступают сообщения о том, что российские войска отступают из стратегически важных городов — Балаклеи, Купянска, Изюма, Волчанска и Лимана. Военные эксперты называют события последних двух недель невообразимым успехом украинской армии и ее первым большим прорывом в ходе этой войны. «Важные истории» поговорили с военными экспертами и российскими военными — они рассказывают, как продвигается украинское контрнаступление и чем оно грозит российской армии.

Харьковская область

Российские войска не могут держать оборону и бегут

«8 лет говорили, что и когда будут делать: один треп обо всем со всех щелей. Никакой тактики, никакого профессионализма, никакого ума. Когда на это [контрнаступление ВСУ] смотрим мы [профессиональные военные], мы понимаем, что изначально все было сделано неправильно. Но забили на это хуй, начали двигаться дальше криво, коряво. А с другой [украинской] стороны люди просто взяли, увидели это, соорганизовались, все сделали. ‎Поэтому в плане войны все выглядит очень логично: мы начали как долбоебы, не смогли ничего удержать, всё разъебали, один сплошной пиздеж вокруг, командования ноль, обеспечения ноль, руководства ноль. И вот изначально было понятно, что будет заканчиваться тем, что нас просто разнесут», — комментирует «‎Важным историям»‎ ситуацию на фронте бывший российский военнослужащий, который участвовал в войне в Украине. «Вспоминаю, как долго [ВС РФ] ковыряли Мариуполь и Северодонецк, а тут два дня [понадобилось ВСУ]. [Притом что] Изюм чуть ли не с первых дней войны был под контролем [российских войск], то есть они даже не планировали и не думали, что его, возможно, придется оборонять», — недоумевает другой бывший российский военный. 

‎Всего за несколько дней с начала контрнаступления украинской армии удалось освободить более 30 населенных пунктов Харьковской области, объявил президент Украины Владимир Зеленский 9 сентября. На следующий день появились сообщения о том, что украинские войска вошли в Купянск, оккупированный российскими войсками в начале войны, об этом рассказала советница председателя Харьковской области Наталья Попова. Российские войска также оставили город Изюм, подтвердил замминистра информации самопровозглашенной ДНР Даниил Безсонов. Идут бои рядом с Харьковской областью — в городе Лимане Донецкой области, глава «ДНР» Денис Пушилин назвал ситуацию там «достаточно тяжелой».

При этом в брифинге российского Минобороны от 10 сентября не было сказано ни слова об оставленных российскими войсками городах. Позже Минобороны объяснило отступление российских войск «операцией по свертыванию и переброске Изюмско-Балаклейской группировки» для наращивания усилий по «освобождению Донбасса». 

«Сейчас мы видим, как российские войска бегут, потому что не могут держать оборону», — описывает происходящее украинский военный эксперт Александр Коваленко. Этому предшествовал первый крупный успех ВСУ в Харьковской области — освобождение 8 сентября города Балаклеи, который был оккупирован с марта. «Это место, где сосредоточены склады с боеприпасами для артиллерии, поэтому [его освобождение] достаточно серьезно усилит огневые возможности ВСУ», — говорит военный эксперт. Именно освобождение Балаклеи позволило ВСУ лишить российскую группировку, которая там сконцентрирована, возможности держать оборону, поскольку отрезало их от «логистической артерии» Волчанск – Большой Бурлук – Купянск – Изюм, по которой происходило снабжение армии, объясняет эксперт. «Без снабжения вся эта масса личного состава и техники, сконцентрированная на Изюмском направлении, оказалась бы небоеспособной», — говорит Коваленко. 

По словам российского военного эксперта Юрия Федорова, у российских войск на этом направлении «очень крупные потери» не только убитыми, но и пленными: «Как минимум сотни пленных, если не пара тысяч». 

Вероятное большое количество пленных подтверждают и двое бывших военнослужащих российской армии. «При спонтанном отступлении особенно много пленных. Связи внутри подразделений нет. Кто где находится, командиры не всегда знают. Соответственно, об отступлении не все могут знать», — говорят они. Бывший военнослужащий одного из элитных подразделений в разговоре с «Важными историями» отметил, что на Харьковском направлении обе стороны несут ощутимые потери. «Когда мои говорят: „Бля, там пиздец“, значит, что всё плохо», — добавил собеседник «Важных историй».  

Почему провалилась российская оборона

Хотя в Харьковской области было сконцентрировано больше российских войск, чем задействовано сил ВСУ в контрнаступлении на этом участке, операция была направлена на особо уязвимые места, где возможности российских подразделений по обороне были истощены, говорит украинский военный эксперт Александр Коваленко. «Российское командование знало, что у них есть уязвимые места в Харьковской области, они даже пытались их в значительной степени усилить. Знали, но предотвратить [исход событий] не могли: нехватка ресурсов уже начала сказываться на их возможностях по ведению обороны. И сейчас мы наблюдаем каскадный обвал обороны», — объясняет Александр Коваленко.

Российский военный эксперт Юрий Федоров говорит, что в Харьковской области украинская армия использовала новую тактику, которая и обеспечила успех на этом направлении. «ВСУ действуют очень динамично и фактически не задерживаются на то, чтобы штурмовать те или иные города. Они просто их обходят, берут в кольцо, и тогда гарнизоны этих городков и небольших сел просто вынуждены капитулировать, — рассказывает российский военный эксперт Юрий Федоров. — Сейчас уже практически взят Купянск, по крайней мере, та часть, которая находится на правом берегу. Сдан Изюм или находится в процессе. Российские войска уходят оттуда, чтобы не попасть в окружение. Это, в общем, разумное решение, потому что коммуникации перерезаны. Сам по себе Изюм находится на стыке двух рек: Оскол и Северский Донец. Если его окружить, скажем, с северо-востока или с севера, то он просто будет отрезан от подвоза боеприпасов и всего прочего, и [российская армия] вынуждена будет капитулировать. Чтобы этого не случилось, они просто выводят войска, пока есть возможность».

Юрий Федоров считает, что ВСУ тактически и оперативно переиграли российские войска, которым не хватило ресурсов для сдерживания этого наступления. «[Сначала] была прорвана оборона в районе Балаклеи. А затем российские войска были разбросаны гарнизонами по различным городкам, селам. Эти гарнизоны часто состояли из Росгвардии, а также мобилизованных из так называемых народных республик. Росгвардия в принципе воевать не умеет, она не для этого предназначена. Задача этих гарнизонов и гвардейских полков заключалась в том, чтобы держать в подчинении местное население. А среди мобилизованных многие в первый раз взяли в руки автомат, надели каску, мотивации [у них нет] никакой. Российские регулярные части были отведены частично на правобережье в Херсонскую область, частично на донецкое направление, где они пытались штурмовать пригород Донецка, занятый ВСУ. Поэтому вот такой разгром», — объясняет военный эксперт. 

Это же подтверждает в разговоре с «Важными историями» и российский военнослужащий, который был на этом направлении. «[Подведомственные] Минобороны [войска], группировка „Восток“, вышли с этого направления еще в июле в Белгородскую область. На тот момент в Изюме я встречал „БАРСов“ (БАРС — боевой армейский резерв страны. — Прим. ред.), ополченцев и войска ПВО Западного округа. После [их] выхода в Изюм зашёл СОБР и ОМОН. Соответственно, там действительно остались только „барсики“, ополченцы и Росгвардия», — говорит он.

По словам эксперта Федорова, российское командование просчиталось в оценке ситуации, когда перебросило боевые части с юга Харьковской области на другие направления до начала контрнаступления. «Считалось, что в районе расположения изюмской группировки ничего страшного случиться не может. Просчет заключался в том, что не была оценена вероятность того, что украинские войска начнут там наступление», — говорит Федоров. «Российское командование с профессиональной точки зрения оценивают как очень слабое. Это люди, которые умеют бросать в бой значительное количество живой силы, но отсутствует инициатива в исполнении приказа. Написано „занять такой-то перекресток“, а может быть, лучше занять другой перекресток рядышком, но это недопустимая вещь, [только] тупое упорное выполнение приказа», — добавляет он. 

«Нельзя, чтобы армия, которая строилась двадцать лет, сегодня такая: „Все, мы будем работать по-другому“. Нас заставляли быть тупыми и не принимать никаких решений, — подтверждает бывший военнослужащий российской армии. — Попробуй сержанту скажи, что ты считаешь, что лучше вот так вот. Тебе ебало просто сломают, если не застрелят сразу. И так на всех уровнях. Верховный главнокомандующий принимает только „‎правильные“‎ решения, а все остальные должны их исполнять. И если что, они будут нести наказание не потому, что сверху долбоебы, а потому что „‎вы плохо [приказы] исполняете, вы неисполнительные“». «Самые успешные операции за всю мою службу были те, о которых знали только мы. Только те люди, которые в ней участвуют. Потому что стоит таким заняться командованию… Поэтому, когда мы сами решали, что делать, не ожидая команды сверху или пока качнут связь, чтобы уточнить, связаться, запросить разрешение на выполнение, уточнение и прочую херню, мы всегда все выполняли на 100 %», — отмечает бывший военнослужащий одного из элитных подразделений ВС РФ.

Накануне, 9 сентября, Минобороны показало кадры переброски военной техники в Харьковскую область, но это подкрепление не помогло отстоять города. «Этих подкреплений крайне недостаточно, — говорит Юрий Федоров. — Даже вертолетами перебрасывали личный состав и легкую технику. Но это все равно, что пытаться из пипетки наполнить стакан, практически бессмысленная задача».

Александр Коваленко объясняет это тем, что переброска поддержки была лишь пропагандистским жестом. «Российской армии срочно понадобилось демонстрировать некую активность, что „помощь близка“, „мы своих не бросаем“, якобы они готовы оказывать поддержку тем подразделениям, которые оказались в сложной ситуации. Но эта переброска имела неорганизованный, хаотический характер, она не могла обеспечить никакой поддержки», — говорит эксперт. По его словам, те подразделения, которые зашли в зону боевых действий для поддержки, были обречены. Многие из них давным-давно требовали ротации или вывода для восстановления боеспособности из-за понесенных до этого серьезных потерь. «В ближайшее время мы будем узнавать о большом количестве подразделений российской армии, которые попросту перестали существовать, поскольку вместо вывода на восстановление боеспособности их кинули в самую мясорубку, самое жерло боевых столкновений», — говорит он. 

Чем российской армии грозит прорыв ВСУ

Освобождение Купянска и Изюма важно в стратегическом смысле тем, что оно отрезает российские группировки от путей снабжения и открывает ВСУ путь на луганское и донецкое направления, говорит украинский военный эксперт Александр Коваленко. «Эти города важны тем, что они являются неотъемлемой частью логистических артерий поставок техники, материально-технического обеспечения, боеприпасов, личного состава как в Харьковскую область, так и в целом на донбасский плацдарм. Купянск является очень важным логистическим узлом, сердцем этой артерии. Через него шло обеспечение города Изюма, который стал центром сосредоточения самой большой бронетанковой группы российских оккупантов за все время полномасштабного вторжения в Украину, — говорит эксперт. — И вся эта масса должна была идти в сторону Славянска и Краматорска. Сейчас планы по захвату Славянска и Краматорска можно считать аннулированными. Потеря [российской армией] таких населенных пунктов, как Купянск и Изюм, полностью рушит систему обеспечения донбасского плацдарма и позволяет ВСУ в дальнейшем развивать контрнаступательные действия уже не только в Харьковской области, но и в луганском и донецком направлениях». 

В ближайшие дни можно ожидать, что Харьковская область будет освобождена, уверен российский военный эксперт Юрий Федоров. «Это не решающее сражение, но очень крупный успех ВСУ», — говорит он. По его словам, тогда Вооруженные силы Украины смогут перебросить значительное количество личного состава и на другие направления.

Херсонская область

Российской армии не хватает сил для обороны

Еще одно не менее важное направление, на котором продолжают наступать силы ВСУ, — контролируемый российскими войсками плацдарм на правом берегу Днепра в Херсонской области. Украинское контрнаступление началось там 29 августа. В тот день, по данным оперативной группировки ВСУ «Каховка», ей удалось «прорвать первую линию обороны» в Херсонской области. «109-й полк „ДНР“ отошел со своих позиций, российские десантники, которые были их поддержкой, сбежали с поля боя», — говорилось в сообщении. 4 сентября ВСУ установили украинский флаг в крупном населенном пункте Высокополье.

Точная численность российской группировки, которая находится на правом берегу Днепра, где Украина ведет контрнаступление, неизвестна. По разным оценкам, на начало контрнаступления там находилось от 20 до 25 тысяч российских военных. Нет точных данных и о численности украинской группировки. Источник «Важных историй» из числа бывших сотрудников российской спецслужбы, пожелавший остаться анонимным, говорит, что для контрнаступления в Херсонской области Украина сформировала «довольно скромные резервы»: их численность — 10–12 тысяч человек. Однако, по его словам, у Украины есть еще резервы, не брошенные в контрнаступление, которые не должны позволить российской стороне замкнуть окружение вокруг прорвавшихся вперед войск. Максимальную оценку украинских сил на этом фронте приводит украинский военный эксперт Роман Свитан: по его данным, там находится 30 тысяч бойцов ВСУ.

«Теми силами, которые присутствуют сейчас на правом берегу Днепра, российская армия в среднесрочной перспективе не сможет удерживать контрнаступление ВСУ», — уверен украинский военный эксперт Александр Коваленко. По словам аналитика Conflict Intelligence Team (CIT) Кирилла Михайлова, ВСУ удалось создать определенное превосходство в численности личного состава на основных направлениях наступления в Херсонской области. «К этому добавляется эффективная работа артиллерии и локальное превосходство Украины в воздухе, которое позволяет использовать как фронтовую авиацию, так и ударные беспилотники», — комментирует он расстановку сил. 

По его словам, сейчас украинцы наступают в Херсонской области как минимум на трех направлениях: с запада, северо-запада, где они расширяют плацдарм на оккупированном [Россией] берегу реки Ингулец, и с севера, где им удалось взять крупный населенный пункт Высокополье и «затрофеить» много военной техники российского десанта. На сегодня украинской армии удалось продвинуться на территорию более десяти населенных пунктов в Херсонской области, говорит Михайлов. «Хоть эти населенные пункты и небольшие, они являются оборонительными узлами. Пока мы видим преимущество на украинской стороне», — говорит он.

Нехватку ресурсов у российской группировки на этом направлении подтверждает и бывший сотрудник российской спецслужбы. «Из-за нехватки солдат и офицеров российские войска на фронте сосредоточены в недостаточном количестве. Людей примерно в три раза меньше, чем нужно для выполнения поставленных задач: требуется минимум одна батальонно-тактическая группа на 3 километра, а у России — одна на 5 километров. Такой численностью не наступают, это похоже на авантюру, — говорит он. — Прорвав первую линию [обороны] российских войск, украинское наступление должно было упереться во вторую линию, но проблема в том, что у российской военной группировки ее нет: из-за нехватки людей такие прорывы затыкают лишь мобильными резервами. И это может сделать ситуацию непредсказуемой». 

Достоверных данных о потерях обеих сторон в этой схватке сейчас нет, говорит аналитик CIT Кирилл Михайлов, но судя по публикации The Economist (журналисты побывали в прифронтовом городе Николаеве, поговорили с местными врачами и не увидели там «переполненных моргов» с погибшими украинскими военными, о чем утверждает российская сторона), хоть потери украинской армии выросли с началом наступления, они не катастрофические, как это заявляет российское Минобороны. По словам бывшего сотрудника российской спецслужбы, с которым поговорили «Важные истории», потери украинской стороны высоки, потому что наступающая сторона всегда теряет больше обороняющейся. 

На третий день контрнаступления в Херсонской области The Wall Street Journal поговорила в госпитале с ранеными украинскими солдатами, которые участвовали в операции. По их словам, бои на пути к Херсону идут крайне ожесточенные, но украинские войска продвигаются вперед. «У них много техники, но мало людей», — сказал один из украинских военных. Кроме этого, они утверждают, что некоторые российские солдаты бегут со своих позиций, бросая технику и устанавливая мины на телах погибших товарищей.

По словам одного из российских военнослужащих, который сейчас в Херсонской области, российская армия там находится в тяжелом положении, солдаты массово пытаются уволиться. «Две недели назад командиры нам сказали, что на нас наступление идет. А нам даже боеприпасы никак не привезти, потому что дамба разбита (вероятно, речь идет о дамбе в Новой Каховке. — Прим. ред.). Люди каждый день ходят с рапортами [на увольнение], но почти всем их разрывают», — написал он. Спустя две недели военный передал «Важным историям», что при обстреле чудом выжил и «там все жестко». «Все просто уже забили на всё и хотят свалить от сюда», — рассказал солдат о настроениях своих сослуживцев.

Другой источник, близкий к российским военнослужащим, которые находятся на херсонском направлении, передал, что солдаты в полном шоке, «никто ничего не понимает, гибнут пачками, потери ужасные. Некоторые вообще звонят, прощаются, мы, говорят, смертники ебучие».

У российской армии проблемы со снабжением

Еще одна проблема российской группировки, которая должна сдерживать прорыв украинской армии в Херсонской области, заключается в том, что она оказалась отрезанной от всех основных путей снабжения. Ранее снабжение российской группировки на правом берегу Днепра происходило через мосты, по которым везли боеприпасы, технику, топливо и продовольствие с левого берега реки. Однако в результате ударов ВСУ все стационарные мосты через Днепр были выведены из строя, понтонные и паромные переправы постоянно подвергаются обстрелам.

«[Исход этого противостояния на правом берегу Днепра] зависит от того, удастся ли россиянам организовать поставки [снабжения] паромами, поскольку все постоянные мосты перестали функционировать. Наладить понтонные переправы через Днепр [российской армии] не удалось. Сейчас функционирует несколько паромных переправ — их украинцам тяжелее поражать, чем мосты, потому что паромы мобильны, сложно предугадать, где они находятся. Однако периодически украинцы пытаются поражать скопление российской техники в местах ожидания паромов. Это должно вызывать значительные проблемы со снабжением. Насколько россиянам хватит ресурсов для противостояния, зависит от того, смогут ли они эффективно перебрасывать подкрепление, а также от того, сколько продержатся силы ВДВ, пока у них не закончится техника, которая не отличается бронированностью», — говорит аналитик CIT Кирилл Михайлов.

Чем России грозит продвижение ВСУ 

Освобождение украинскими войсками населенного пункта Высокополья в Херсонской области 4 сентября сделало невозможным для российской армии ведение наступательных действий в направлении Кривого Рога в Днепропетровской области, говорит украинский военный эксперт Александр Коваленко. «Это была крайняя северная точка, откуда россияне могли развернуть наступательную операцию в криворожском направлении. В настоящее время эти возможности у них отсутствуют, — объясняет он. — Кроме того, благодаря Высокополью ВСУ получили возможность расширить плацдарм в правобережной части Херсонской области и сформировать условия для контрнаступления на достаточно угрожающем участке для многих подразделений ВС РФ. Если ВСУ будут достаточно успешно развивать наступательные действия, то мы сможем говорить о том, что огромное количество российских подразделений может оказаться фактически в окружении». 

Стратегический и политический смысл операции на херсонском направлении для Украины в том, чтобы разгромить российскую группировку на правом берегу Днепра и освободить Херсон, считает аналитик CIT Кирилл Михайлов. «Это позволит задействовать экономические ресурсы области, а также продемонстрировать западным партнерам Украины [поставщикам оружия], что страна в состоянии наступать и выигрывать — нужно только больше [поставок] оружия. Кроме этого, в долгосрочной перспективе ликвидация правобережного плацдарма устраняет перспективу наступления [российской армии] на Николаев, Кривой Рог и Одессу, потому что именно захват мостов и выход на правый берег Днепра был самым значительным успехом россиян на первом этапе операции. Ликвидация этого плацдарма сильно снижает угрозу всей правобережной Украине, в том числе западному Черноморью, которое критически важно для Украины с точки зрения, например, экспорта сельхозпродукции», — объясняет эксперт значимость операции на этом направлении. 

Где еще наступают ВСУ и какая битва будет решающей

Кроме Херсонской и Харьковской областей, ВСУ осуществляют наступательные действия в Донецкой области, говорит украинский военный эксперт Александр Коваленко. В частности, освобожден населенный пункт Озерное в Донецкой области. «Аналогичные новости будут поступать и из Луганской области, где значительно активизировались ВСУ, воспользовавшись ослаблением российских подразделений после достаточно продолжительного воздействия на них огневым потенциалом», — уверен эксперт.

По мнению Коваленко, решающей для этой войны битвой станет контрнаступление украинской армии в Запорожской области. «Битва за правобережную Херсонщину — это очень важный промежуточный этап. После ее завершения и освобождения Херсона будет освобождена и значительная часть ресурсов ВСУ, которые были задействованы для сдерживания российских оккупантов и для ведения этой контрнаступательной операции. И эти ресурсы могут быть использованы на других направлениях: Запорожской, Харьковской, Донецкой и Луганской областях. Они сыграют решающую роль в значительном ускорении, увеличении активности и интенсивности действий ВСУ. Для командования российских войск очень важно сохранять контроль именно над Запорожской областью. Ее потеря для россиян — это фактически выстрел в висок, поскольку это станет потерей всего юга, а потеря всего юга — это и потеря Крыма. Выйдя в Запорожскую область, ВСУ получат возможность блокировать Крым с материковой части Украины и нанести удары по Керченскому мосту — то есть отрезать его от материковой части России и начать операцию по освобождению Крыма», — говорит он. 

«Что война проиграна, можно было легко судить, когда не получилось взять Киев. Плюс сейчас начинается слякоть, холода, потом зима. И такие простые вещи, как теплая одежда, нормальная обувь и место для ночлега, будут влиять как на здоровье, так и на отношение людей на фронте к войне, — говорит бывший российский военный. — Это трагичный конец, которого мы и ожидали. Война работает в обе стороны: за что боролись, на то и напоролись. В наше руководство я не верю, конечно. Как родина нас кидает, мы и так знаем. Уже кинула, начиная с 14-го [года] — заканчивая сегодня. Сами это дерьмо устроили, естественно, мы охуеть как насосемся теперь. Проблема в том, что мы изначально на проигравшей и некомпетентной стороне были. Родина специально подвела под суд всех, потом кинула мясом, а теперь бросила умирать. И у этого нет ни цели, ни мотива, никакой пользы никому — ни единому человеку».

Редакторка: Алеся Мароховская