Не время героев

К выборам в Госдуму 2026 года, первым с начала полномасштабного вторжения, российская власть подошла с дилеммой: ей нужно провести в парламент участников войны — и при этом не дать им стать реальной политической силой.

После начала вторжения в Украину Кремль несколько лет формировал образ новой элиты, сигнализируя: эсвэошники должны занять место рядом с технократами и политиками старой формации. Владимир Путин регулярно возвращался к этой теме, называя военных «настоящей элитой» и подчеркивая, что именно они должны «выходить на ведущие позиции в государстве». Под эту идею запускалась программа «Время героев»: кадровый лифт для вчерашних военных в органы власти.  

Выборы 2026 года должны были стать еще одной важной вехой, но уже на этапе подготовки стало ясно: массово интегрировать военных в политическую систему не получится. И дело не только в электоральных рисках (проголосуют ли за участников СВО?), а в том, что система сама не понимает, что с ними делать.

Еще в ноябре 2025 года, по словам источников «Важных историй» в Кремле и Госдуме, обсуждался план провести в парламент до 150 участников войны — почти треть состава. Однако от этой идеи быстро отказались. Собеседники объясняли это просто: «Этих нельзя так задействовать, совсем несистемные». В итоге план сократили до 50–70 человек. Сейчас оценки источников стали еще осторожнее: речь может идти примерно о 30 депутатах, несмотря на заявления единороссов о желании со своей стороны провести в Думу более 40 ветеранов.

Будущие военные-депутаты явно вызывают у Кремля тревогу. Сейчас в администрации президента и «Единой России» обсуждают, как именно интегрировать ветеранов в будущую Думу: создавать для них отдельные структуры или, наоборот, рассредоточить по комитетам — так безопаснее. По осторожным комментариям прокремлевских экспертов становится ясно, что власть не уверена, что сможет ими управлять. 

В октябре 2024 года мэром маленькой Сосновки в Кировской области стал мобилизованный сержант-снайпер Никита Горелов. Он немедленно заговорил о коррупции местных властей и вступил в конфликт с местными единороссами. Военного попытались отправить обратно на фронт, но за него вступились местные жители. Теперь представим себе тридцать таких потенциальных историй в Госдуме.

В отличие от привычных «молодогвардейцев» (молодежного крыла «Единой России») и выпускников управленческих конкурсов Сергея Кириенко, участники войны не вписываются в отработанную схему политической лояльности. По словам собеседников, их воспринимают как «неуправляемых» — как людей, которые могут претендовать на большую самостоятельность, чем принято в российской политике. Чем менее консолидированной будет эта группа, тем проще ее контролировать.

Есть и еще один неудобный вопрос: кого именно государство определит в Думу, каких ветеранов? Эта категория оказывается политически размытой. Фронтовик, тыловой чиновник, мобилизованный, контрактник, бывший зэк, врач… У избирателей могут возникнуть вопросы: почему один «герой» идет в Госдуму и получает мандат, а другой остается на фронте? И если завтра они начнут осознавать себя как политическую силу — что с ними делать? Настраивать друг против друга, чтобы они не съели «Единую Россию»?

Поэтому перед Кремлем стоит задача не просто провести ветеранов во власть, но и не дать им стать самостоятельным политическим субъектом.

Проблема в том, что даже на более низких уровнях власти интеграция ветеранов дает сбои. На региональных выборах многие из них проигрывали праймериз. В Совете Федерации новых коллег из числа военных неофициально называли «белыми воронами» и жаловались на их неспособность «связать два слова».

К тому же, несмотря на высокий уровень уважения в обществе к участникам войны, нет открытых данных о том, как это конвертируется в реальные голоса избирателей. Участие ветерана в кампании для партий рискованно и не гарантирует победу. Хотя они и заявляют о намерении выдвинуть участников СВО, на практике все, похоже, ищут компромиссные решения. Одни делают ставку на партийные списки, где проще контролировать результат. Другие — на одномандатные округа (где избиратели голосуют за конкретного кандидата, а не за партийный список), судя по всему рассчитывая, что остальные партии откажутся соревноваться с «героями войны» по идеологическим соображениям. В итоге речь идет о демонстративном участии с минимальными рисками.

Все это происходит на фоне ухудшения социального самочувствия. По данным ВЦИОМ, индекс счастья россиян весной 2026 года опустился до минимального уровня за последние полтора десятилетия. Власти приходится вертеться: из публичного поля убирают слишком радикальных депутатов, чтобы не усиливать напряжение. На этом фоне появление в новой Думе плохо предсказуемой группы ветеранов с ПТСР выглядит очень рискованно.

Российская власть оказалась в сложной ситуации, которую сама же и создала: «герои войны» нужны ей как символ, но опасны как реальные участники политики. Поэтому приходится снова терять лицо, отступая от ею же провозглашенных принципов.