Страна непредсказуемых расходов

На этой неделе правительство внесет в Госдуму бюджет на 2027-й, шестой год войны. И хотя ни один из бюджетов военных лет не исполнялся так, как было задумано, он многое говорит о планах властей и состоянии экономики. Несмотря на ее стагнацию, Кремль продолжает наращивать военные расходы, причем темпами, которые должны снять любые сомнения в серьезности его намерений. Деньги на это будут брать за счет урезания гражданских расходов и увеличения поборов с бизнеса и населения.

Доход нормальный

В следующем году правительство рассчитывает получить 43,3 трлн рублей доходов. Как следует из пояснительных материалов к проекту бюджета, которые раздобыл Reuters, это на 5,3% больше, чем планируется в нынешнем году. Это вполне правдоподобный прогноз: примерно на уровне инфляции. Может выйти даже чуть больше: экономика не растет, но и пока не падает, а правительство нашло, кого подоить. По итогам этого года оно ожидает 41,2 трлн доходов, на 0,9 трлн больше заложенного в законе о бюджете.

Изъятие «сверхдоходов» у производителей цветных металлов и удобрений, повышение НДФЛ на пассивные доходы от вкладов и ценных бумаг и резкое (вместо постепенного, как планировалось) введение НДС на импортные товары, купленные на маркетплейсах, даст бюджету порядка 1,3 трлн рублей (оценки стоимости этих мер можно найти здесь: 1, 2, 3). Еще небольшую прибавку бюджет получит от увеличения сверх запланированного алкогольных акцизов. Некоторую прибавку к доходам 2027 года может обеспечить инфляция: она явно будет больше заложенных в бюджет 4%.

А вот с расходами сложнее.

Расход неизвестный

Война с Украиной не оставила и следа от бюджетной сдержанности, которой придерживался Путин в первые два десятилетия своего правления. Ежегодно бюджетные расходы превышают плановый уровень достаточно сильно, а размер бюджетного дефицита растет. Как отметил в 2023 году один из аналитиков, раньше доходы бюджета было прогнозировать сложнее, чем расходы, а стало наоборот. В этом году Минфин оценил расходы примерно на 4,5 трлн больше, чем изначально закладывал в бюджет.

Главная причина — рост военных расходов. Об их размере можно только догадываться: бюджетная статистика давно засекречена. В этом году они в бюджетном законе были ограничены 12,9 трлн, но уже за первое полугодие достигли, как подсчитал экономист SWP Янис Клюге, 10,7 трлн.

Чтобы увеличить военные расходы, даже не требуется санкции Госдумы: с лета 2026-го правительство может по своему усмотрению менять параметры бюджета и увеличивать лимит госдолга, не правя закон о бюджете. А поскольку предсказать, сколько денег понадобится на войну, правительство не может, относиться к проекту бюджета нужно как к декларации о намерениях.

Например, бюджет этого года планировал минимальное, примерно на 3%, увеличение расходов, в реальном выражении это даже сокращение. Незадолго до внесения проекта бюджета, в июне 2025-го Владимир Путин заявил, что военные расходы великоваты, и их можно снизить. Многие восприняли это как сигнал (возможно, обманный), что война может скоро закончиться.

Согласно нынешней декларации, в 2027 году правительство планирует потратить 48,8 трлн рублей. Это почти совпадает с расходами нынешнего года — почти невозможно поверить, что так будет в реальности. В документах Минфина, доступных Reuters, указаны 48,6 трлн, примерно столько же (48–49 трлн) дают наши оценки на основе темпа роста бюджетных трат в первые восемь месяцев и доли годовых расходов, приходящихся на январь-август.

Задекларированные расходы бюджета-2027 на 5,5 трлн больше, чем доходы. Это меньше дефицита 2025 года (5,6 трлн) и чем ожидается в этом году (7,3 трлн), но до сих пор никогда столь большой дефицит не заявлялся на старте, в бюджетном проекте. Так, в законе о бюджете 2025 года дефицит был куда скромнее — 1,17 трлн, а в этом году он планировался 3,8 трлн.

Поэтому эксперты гадают, что значит эта декларация. Это может быть как попыткой признать реальность, так и прологом к еще более высокому, рекордному уровню бюджетного дефицита, отмечает основатель УК «Ари капитал» Алексей Третьяков. Второе кажется более вероятным.

Гражданские траты пойдут в расход

Практически невозможно поверить в то, что в 2027 году расходы останутся на уровне нынешнего года, а в реальном выражении, с поправкой на инфляцию, даже сократятся. Тем более что траты на войну только растут. Но если расходы в будущем году, как водится в последние годы, окажутся на несколько триллионов выше плана, то дефицит бюджета составит примерно 10 трлн рублей. В это тоже трудно поверить: стабильность государственных финансов принципиальна для Владимира Путина.

Наиболее вероятное разрешение противоречия между ростом военных расходов и недопущением слишком большого дефицита — повторение сценария этого года. Военные расходы в 2026-м, согласно проектировкам Минфина, могут достичь 15 трлн, и чисто арифметически бюджетный дефицит должен был бы превысить 9 трлн. Но этого не произойдет. Минфин планирует удержать дефицит-2026 на отметке 7,4 трлн — за счет сокращения гражданских трат.

Правительство экономит на выплатах госслужащим и сокращает их число, режет инфраструктурные проекты, включая строительство и дорожные работы. Всего планируется заморозить, то есть перенести на будущие периоды, бюджетные расходы примерно на 3 трлн рублей. В результате доля военных расходов в тратах бюджета по итогам первого полугодия достигла 43,8%. До войны доля трат на армию и ВПК не превышала 20%.

Резать приходится по живому. Правительство резко уменьшает возможность получения льготной ипотеки. Сокращены 8 из 11 медицинских нацпроектов, при этом финансирование ремонта поликлиник в регионах сокращено вдвое, траты на онкологические лекарства и оборудование – в 3,3 раза, на создание национальных медцентров — на 38%, а на развитие скорой помощи – почти на треть.

В 2027 году, согласно пояснениям к бюджету, которые видел Reuters, военные траты достигнут 17,1 трлн рублей, то есть вырастут еще на 14%. В реальности это означает лишь то, что расходы точно не будут ниже этой цифры.

О чем еще говорит бюджет

Денег не хватает. Несмотря на обещание не повышать налоги, они растут. Не так сильно, как в предыдущие годы, когда поднимали налог на прибыль и вводили прогрессивную шкалу НДФЛ (2025-й) и НДС (2026-й), но вполне ощутимо. Без дополнительного топлива эта машина уже не едет.

Заплатят все. Тарифы ЖКХ в следующем году поднимут сильнее, чем обещали: на 11% (планировалось 8,7%), а на электроэнергию — на 14,4%. Возможности государства поддерживать низкие энерготарифы для населения сокращаются, издержки на инфраструктуру постепенно перекладываются на потребителей.

Экономика на пределе. То, что налоги повысили не системно, а точечно, поскребли по сусекам, может объясняться состоянием экономики. Она балансирует на грани рецессии, бизнес мог этого уже не выдержать. В правительственном прогнозе замедляется даже рост ВПК, а большинство гражданских отраслей уже два года как сжимаются или топчутся на месте. Экономист Сергей Алексашенко, в прошлом замминистра финансов, описывает принцип налоговых новаций этого года как «с драной овцы хоть шерсти клок» и добавляет: «Визгу много, шерсти мало».

Денег не ждите. Правительство посылает сигнал всем: не рассчитывайте на бюджетные средства, их получат те, кому нельзя не дать. Минфин утверждает, что «оптимизировал» 2 трлн рублей расходов, они перенесены на более поздние периоды. Это продолжение тактики 2026 года — экономить на всем, что не связано с войной, социалкой и обслуживанием госдолга.

Готовимся к худшему. При острой нехватке денег Минфин собирается пополнять кубышку, Фонд национального благосостояния (ФНБ, мы рассказывали о нем). Бюджет будет тратить нефтегазовые доходы, рассчитанные по цене нефти Urals 50 долларов за баррель (так называемая цена отсечения), а все, что сверх того, пойдет в ФНБ. Сейчас в нем около 4 трлн рублей, а министр финансов Антон Силуанов хочет сформировать в ФНБ трехлетний запас, «чтобы мы могли прожить при низких ценах на нефть». В этом году цена отсечения — 59 долларов, и ее уменьшение означает, что 1–1,5 трлн рублей доходов бюджета пойдет не на расходы, а в резервы.

Все подорожает. Бюджет сверстан исходя из инфляции 4%, прогноз Центробанка — 4–4,5%. Эксперты в это не верят. Бюджетный дефицит финансируется в том числе Центробанком, который дает банкам деньги на покупку гособлигаций, а по сути — печатает деньги. А сильное повышение тарифов ЖКХ идет вразрез с достижением цели ЦБ по инфляции в 4%, поэтому «вызывает изумление», что прогноз не изменился, замечает экономист Дмитрий Полевой.

Деньги будут дорогими. Это заставит ЦБ держать ключевую ставку на высоком уровне. Умеренными расходами в проекте бюджета правительство посылает Центробанку сигнал, чтобы он быстрее снижал ключевую ставку. ЦБ уже сказал, что примерно этого и ждал, так что объявленные параметры бюджета не изменят его планы: ставка еще долго останется высокой. Это означает, что кредиты будут дорогими, бизнес продолжит загибаться, и шансы на выход экономики из стагнации в 2027 году приближаются к нулю. Зато вкладчики будут довольны. Если не попадут на прогрессивный НДФЛ.

Вырастет долг. Минфину придется больше занимать. Госдолг приближается к 20% ВВП. Это все еще в разы меньше, чем у развитых стран, но процентные ставки в России высоки, а больше занимать негде. Сам Минфин называл «комфортным» уровнем долга не больше 20% ВВП.

Алексашенко называет следующий год переломным: доходы населения, ВВП могут сменить знак — перейти от небольшого роста к небольшому снижению.

Запас прочности у такой конструкции остается, и немаленький. Но сигнал понятен: за войну будут платить все — кто сколько сможет; если где-то образуется чуть больше денег, правительство придет за ними, а само будет раздавать как можно меньше. Не до жиру.