Как «Телеграм» связан с ФСБ
За инфраструктуру мессенджера отвечают те, кто обслуживает секретные комплексы российских спецслужб, используемые для слежки за гражданами
Available in EnglishПавел Дуров — самый известный российский IT-предприниматель в мире. Его главное изобретение, «Телеграм», насчитывает, по словам самого Дурова, более миллиарда активных пользователей. Мессенджер популярен не только в России, где им пользуется более 70% населения, но и в Украине, Индии, Иране, США и многих других странах.
«Телеграм» — уже давно не только средство коммуникации. Это и новостная платформа для российских независимых СМИ и пропаганды; и инструмент, с помощью которого российские спецслужбы вербуют агентов для диверсий за рубежом; и криминальный маркетплейс, где преступники торгуют наркотиками, оружием и детским порно.
Одна из главных причин, по которой сотни миллионов людей в мире доверяют свои тайны «Телеграму», — созданный Павлом Дуровым образ непоколебимого борца за свободу, стоящего на страже конфиденциальности пользователей и подвергающегося из-за этого преследованию со стороны властей России и других стран.
Журналисты «Важных историй» провели собственное расследование и выяснили, что воспетый Дуровым миф о себе и своем детище имеет мало общего с действительностью. Мы узнали, к каким данным пользователей «Телеграма» может иметь доступ ФСБ, кто отвечает за инфраструктуру мессенджера и почему эти люди предпочитают оставаться в тени.
Миф об изгнании
«Идея “Телеграма” появилась [в 2013 году], когда мы еще были в России: вооруженные полицейские пытались ворваться в мой дом, потому что я отказался удалить оппозиционные группы во “ВКонтакте”, и тогда я понял, что у меня нет безопасного способа связаться со своим братом», — так, по словам Дурова, началась история мессенджера.
Спустя год он уехал из России, опубликовав на прощание манифест «Семь причин не возвращаться в Россию»: «Нет пути назад. Особенно после того, как я публично отказался сотрудничать с властями», — заявил Дуров.
После отъезда из России Павел долго выбирал новый дом для себя и «Телеграма»: в Европе его раздражала излишняя бюрократия, в США — внимание ФБР. В итоге он решил разместить штаб-квартиру мессенджера в небоскребе Al Kazim Towers в Дубае.
Но, когда в 2021 году журналисты немецкого издания Der Spiegel приехали в дубайский офис Дурова, помещение пустовало. Женщина на ресепшене сказала репортерам, что туда никто не заходил более трех лет.
В прошлом году «Важные истории» выяснили, что многочисленные заявления Дурова о том, что он не посещает родину, не соответствуют действительности. Из утечки погранслужбы ФСБ мы узнали, что Павел приезжал в Россию более 50 раз с момента своего отъезда в 2014 году.
Особенно активно Дуров ездил в Россию, когда у него возникли серьезные финансовые проблемы: в 2019 году американская комиссия по ценным бумагам запретила выпуск его криптовалюты TON, с помощью которой он надеялся покрыть расходы на закупку серверов и другого оборудования для «Телеграма».
Дуров остался должен почти 2 млрд долларов инвесторам, среди которых оказались российские олигархи, а также агент ГРУ Ян Марсалек и компании, торговавшие незаконно вывезенным сырьем с оккупированных территорий Украины (при этом основатель «Телеграма» подчеркивал, что все инвесторы проходили тщательную процедуру отбора).
Из-за запрета на выпуск криптовалюты Павел даже задумался о продаже своей доли в «Телеграме», однако сразу после первого за несколько лет визита в Россию он обязался выплатить часть долгов, а уже в 2021 году привлек финансирование на миллиард долларов с помощью российского госбанка ВТБ, «Альфа капитала» Михаила Фридмана и инвестгруппы «Атон».
Незадолго до этого, в июне 2020 года, Роскомнадзор неожиданно снял все претензии к мессенджеру и перестал его блокировать. В день объявления этого решения Дуров находился в Санкт-Петербурге, следует из базы погранслужбы ФСБ.
В самом «Телеграме» о поездках своего руководителя в Россию не знали: «Я верил в нарратив о том, что команде пришлось уехать из страны и скитаться по миру как номадам из-за того, что они пережили в России. Наши личные беседы [с Дуровым] сходились с тем, что он заявлял в интервью и публичных выступлениях», — вспоминает в разговоре с «Важными историями» бывший менеджер «Телеграма» по развитию партнерств Элиес Кампо.
«Он говорил, что уехал из России и, конечно, может туда приехать, но не хочет находиться в этой стране из-за опыта с “ВКонтакте” и запуском “Телеграма”», — рассказывает Кампо.
В 2017 году Антон Розенберг, работавший ранее во «ВКонтакте», рассказал, что разработкой «Телеграма» занималась компания из Санкт-Петербурга «Телеграф»; в ее же офисе, по словам бывшего коллеги Дурова, располагалась команда мессенджера.
Руководство «Телеграфа» обвинило Розенберга в разглашении коммерческой тайны и потребовало компенсации в 100 млн рублей. Позже «Телеграф» предложил Розенбергу мировое соглашение, и на этом дело закончилось.
«Важные истории» выяснили из налоговой утечки, что в «Телеграфе» были трудоустроены и получали зарплату члены команды Дурова: его личная помощница Ирина Правдина и топ-менеджер Марта Кудина, которая называет себя финдиректором «Телеграма».
Миф о безопасности
Павел Дуров любит критиковать конкурентов. «WhatsApp — абсолютный отстой… Он не конфиденциальный», — заявил он в 2015 году. «Шифрование Signal финансировалось правительством США. Я предсказываю, что через пять лет в нем обнаружат бэкдор», — критиковал Павел другого конкурента в 2020 году.
Предсказание Дурова не сбылось: никакой скрытой уязвимости в Signal не было обнаружено, эксперты в области цифровой безопасности продолжают считать этот мессенджер надежным и защищенным. Чего нельзя сказать о «Телеграме».
В отличие от тех же WhatsApp и Signal, приложение Дурова не использует по умолчанию технологию сквозного шифрования. Ее принцип заключается в том, что сообщение отправителя может быть расшифровано только на устройстве получателя, на котором хранится секретный ключ.
Но «Телеграм» устроен иначе. Сквозное шифрование используется только в секретных чатах, которые нужно активировать отдельно. По словам бывшего коллеги Дурова Антона Розенберга, 98% пользователей мессенджера переписываются в обычных чатах. Все сообщения из них расшифровываются и хранятся на серверах «Телеграма». Это означает, что тот, кто контролирует сервер, может получить доступ к переписке.
«К сожалению, большинство пользователей верят, что “Телеграм” абсолютно безопасен, а мне бы хотелось, чтобы либо команда сделала его действительно таким, ну, либо честно об этом сообщала, чтобы пользователи знали, как это устроено», — говорил Розенберг.
О том, что «Телеграм» не защищен сквозным шифрованием, эксперты в области цифровой безопасности предупреждали давно. Однако, у приложения Дурова есть еще одно существенное отличие от других мессенджеров.
«Протокол “Телеграма” работает таким образом, что, когда приложени е на вашем телефоне или компьютере создает зашифрованное сообщение, к нему в начало добавляется незашифрованный идентификатор устройства, который называется auth_key_id. Это касается всех чатов, не только облачных, но также и секретных», — рассказывает эксперт в области цифровой безопасности с 20-летним стажем Михал «Рышек» Возняк.
По словам Возняка, этот идентификатор используется, чтобы на стороне сервера «Телеграма» определить устройство и подобрать ключ для дешифровки сообщений. Однако, мессенджер Дурова почему-то отправляет этот идентификатор незашифрованным, в виде обычного текста. «Другие мессенджеры давно используют TLS (технология, которая шифрует данные при передаче через интернет. — Прим. ред.) или другие похожие инструменты для защиты соединения между устройством и сервером. И нет причины, по которой “Телеграм” не мог бы делать так же», — считает Возняк.
(Технические подробности об auth_key_id и других особенностях протокола «Телеграма» можно прочесть в блоге Возняка.)
На практике это означает, что тот, через кого проходит трафик мессенджера, может отслеживать идентификаторы устройств и в совокупности с другими данными, например IP-адресами (уникальный номер, благодаря которому устройства находят друг друга в интернете), а также временем отправки сообщений, определять местоположение человека и получать другую ценную информацию: например, какие устройства обмениваются данными, что в итоге позволяет выстроить сеть связей между пользователями «Телеграма».
«Мы знаем, что в России есть СОРМ (система, с помощью которой российские спецслужбы следят за телефонными звонками и интернет-активностью пользователей. — Прим. ред.). Каждый интернет-провайдер должен установить его в своей инфраструктуре. Таким образом, у российских спецслужб есть доступ к трафику, который идет через провайдера. Они могут следить за трафиком, сохранять его и затем анализировать», — объясняет Возняк.
Это касается не только России, но и оккупированных территорий Украины. Протокол мессенджера позволяет российским спецслужбам выявлять идентификаторы устройств во всех местах, где у силовиков есть доступ к интернет-инфраструктуре.
Однако, как удалось выяснить «Важным историям», конфиденциальность сотен миллионов пользователей «Телеграма» из других стран также может быть под угрозой. Из-за того, что Павел Дуров передал обустройство всей инфраструктуры мессенджера одной компании, де-факто находящейся в России.
Кто обслуживает серверы
Чтобы понять, кто администрирует серверы «Телеграма» и может иметь доступ к его трафику, «Важные истории» провели эксперимент. Мы попросили находившихся в России пользователей отправить сообщения друг другу и корреспонденту «Важных историй» в Европе и записать трафик с помощью программы Wireshark (она позволяет анализировать сетевые пакеты данных).
Эксперимент, во-первых, позволил нам увидеть идентификаторы устройств пользователей (auth_key_id), о которых говорил Возняк. Мы повторили эксперимент трижды — два раза с пользователями в России и один раз — с пользователями за границей. Во всех случаях идентификаторы устройств передавались по сети в незашифрованном виде.
Во-вторых, мы узнали IP-адреса серверов, на которые попали наши сообщения. Выяснилось, что все они, судя по данным европейского интернет-регистратора RIPE, принадлежат малоизвестной компании с карибских островов Антигуа и Барбуда — Global Network Management (GNM).
Затем мы проанализировали и другие диапазоны IP-адресов под управлением этой компании, и узнали, что она передала в пользование «Телеграму» более 10 тыс. IP-адресов. Так стало очевидно, что GNM может играть значимую роль в инфраструктуре мессенджера.
Вскоре нам удалось подтвердить это предположение с помощью неожиданной находки. В 2018 году GNM подала в суд на владельца дата-центра в Майами. Мы скачали доступные материалы процесса и обнаружили, что в этом на первый взгляд непримечательном деле скрыты важнейшие подробности того, как устроена инфраструктура «Телеграма» изнутри, и кто ее обслуживает.
Из представленных в суд документов нам стало известно имя владельца компании с островов Антигуа и Барбуда. Им оказался уроженец Тольятти Владимир Веденеев. «GNM занимается установкой клиентского оборудования — в данном случае для мессендж ера ”Телеграм” — и последующей технической поддержкой этого оборудования», — пояснил он в суде.
По словам Веденеева, половина сотрудников GNM находится в России, где у компании есть офис в Санкт-Петербурге.
Помимо этого, Веденеев сообщил суду, что он единственный человек с авторизованным доступом к серверам «Телеграма» в дата-центре в Майами. Его компании также принадлежит маршрутизатор в серверной — это ключевой компонент сетевого оборудования, через который проходит трафик.
«Если компания контролирует маршрутизаторы, которы е распределяют трафик, проходящий через серверы “Телеграма”, это значит, что она или тот, кому она предоставит подобный уровень доступа, может видеть идентификаторы пользователей мессенджера и определить связанные с девайсом потоки данных», — объясняет Михал Возняк.
Из материалов процесса в Майами нам также стало известно, что Владимир Веденеев не только владелец компании, обслуживающей почти всю инфраструктуру «Телеграма», — одновременно с этим он занимал один из ключевых постов в иерархии мессенджера.
Изначально договоры на аренду помещений в дата-центрах и подключение оборудования Павел Дуров подписывал лично, однако в 2018 году Telegram Corp (панамская компания Дурова) уступила все права и обязательства по контрактам на обустройство своей инфраструктуры GNM. От имени GNM соглашение об уступке подписано Владимиром Веденеевым как генеральным директором, а от имени «Телеграма» — тем же Веденеевым как финансовым директором.
«Моя работа с мессенджером “Телеграм” началась с того, что Павел Дуров в Санкт-Петербурге попросил меня занять должность финансового директора, отвечать за коммуникацию с поставщиками, подписывать документы и так далее. И формально у меня была доверенность на подписание документов от имени Павла Дурова и от имени “Телеграма”», — пояснил Веденеев в суде, но при этом подчеркнул, что он не получал зарплату за свою работу.
Несмотря на то, что Владимир Веденеев — ключевой человек для инфраструктуры «Телеграма», его бывший коллега Элиес Кампо, а также другие собеседники «Важных историй», знакомые с Дуровым, никогда не слышали фамилию Веденеева.
У владельца GNM были причины, чтобы оставаться в тени.
Секретные каналы связи
До 2020 года IP-адреса «Телеграма», которые сегодня контролирует GNM, принадлежали компании из Санкт-Петербурга «Глобалнет». Это магистральный оператор связи, владеющий оптоволоконными сетями по всей России протяженностью свыше 18 тыс. км.
Несмотря на смену владельца, сотни из этих IP-адресов мессенджера все еще определяются в России.
До недавнего времени бенефициаром «Глобалнет» был тот же Владимир Веденеев, но в 2024 году он переписал ее на своих родственников: они контролируют 96% компании. Еще 4% принадлежит Роману Венедиктову.
Венедиктов окончил Военно-космическую академию им. Можайского. Это элитная кузница инженеров для российской военной промышленности, разведки и космонавтики. На протяжении почти 10 лет Венедиктов служил в Главном центре испытания и управления космических средств Министерства обороны в военном городке Щелково-7.
Венедиктов мог познакомиться с семьей Дуровых около 10 лет назад. Он был совладельцем компании «Пиринг» из Санкт-Петербурга, которая владела сетью обмена трафиком DATAIX. Через нее шел весь трафик «ВКонтакте». В 2012 году партнером Венедиктова стала мать Дурова Альбина, а в 2013-м к ним присоединился единоутробный брат Павла, главный инженер «ВКонтакте» Михаил Петров.
В 2018 году «Глобалнет» и DATAIX объединились, и сегодня это одна из самых больших сетей обмена трафиком в мире: к ее инфраструктуре подключены многие интернет-провайдеры Европы. По словам Веденеева, по состоянию на 2019 год объединенная сеть «Глобалнет» и DATAIX также обслуживала 90% телеком-рынка Украины и 100% — Беларуси.
Суть огромных разветвленных магистралей и включенных в них точек обмена трафиком в том, чтобы данные миллиардов пользователей и десятков тысяч сервисов по всему миру перенаправлялись и доходили до устройств кратчайшим путем без посредников с максимально возможной скоростью. Этот процесс называется пирингом.
В 2020 году «Глобалнет» утверждал на сайте, что он — единственный оператор связи, предоставляющий прямой доступ к «Телеграму» на территории России и СНГ. И он же весной 2022 года, вскоре после начала полномасштабного вторжения в Украину, первым среди российских пиринговых платформ внедрил по требованию Роскомнадзора систему контроля за трафиком пользователей с помощью технологии Deep Packet Inspection (DPI просматривает интернет-трафик и блокирует доступ к запрещенным сайтам).
Почти одновременно с тем, как «Глобалнет» установил оборудование для анализа трафика, зампред комитета Госдумы по информационной политике Олег Матвейчев прямо заявил, что «Телеграм» и ФСБ договорились: «Дуров нашел компромисс с ФСБ. Запросы в рамках оперативных мероприятий передаются туда, если террористы или кто-то находится на контроле. “Телеграм” установил оборудование, чтобы была возможность смотреть за всеми опасными субъектами».
«Глобалнет» оказывает услуги связи нескольким российским госпредприятиям, в том числе работающим в оборонном секторе: находящемуся под западными санкциями Курчатовскому институту и Главному научно-исследовательскому вычислительному центру Управления делами президента России (ГлавНИВЦ).
Официально ГлавНИВЦ занимается техническим обеспечением саммитов, прямых линий и встреч с участием Владимира Путина, а неофициально это, по сути, закрытый аналитический центр, работающий в интересах ФСБ, ФСО, МВД и Минобороны.
ГлавНИВЦ занимается массовой слежкой за россиянами в интернете и при помощи ботов продвигает кремлевскую пропаганду в соцсетях. Центр также отвечает за разработку общероссийской системы видеонаблюдения с распознаванием лиц. С ее помощью силовики устраивают облавы как на политических активистов, так и на тех, кто, например, пытается избежать отправки в армию.
«Глобалнет» — не единственная компания Веденеева в России. До недавнего времени он был бенефициаром «Электронтелекома» из Санкт-Петербурга (в 2024 году Веденеев переписал ее на родственников). Судя по данным европейского интернет-регистратора RIPE, «Электронтелеком» также имеет отношение к инфраструктуре «Телеграма»: компания передала в пользование мессенджеру более 5 тыс. IP-адресов.
«Важные истории» получили внутреннюю финансовую документацию «Электронтелекома» за 2024 год и узнали, что один из важнейших госзаказчиков компании — ФСБ.
«Электронтелеком» оказывает ФСБ услуги по монтажу и техническому обслуживанию — цитата — «комплекса передачи специальной информации со стационарных объектов УФСБ России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, используемого для проведения оперативно-разыскных мероприятий в целях выполнения государственного оборонного заказа».
Это означает, что за серверную инфраструктуру «Телеграма» отвечают те, кто в то же время обслуживают секретные комплексы ФСБ, используемые для слежки за гражданами.
«Меня это шокирует, но не удивляет, — признается эксперт в области цифровой безопасности Михал «Рышек» Возняк. — Если кто-то имеет доступ к трафику “Телеграма” и сотрудничает с российскими спецслужбами, это значит, что идентификатор устройства становится действительно большой проблемой — инструментом для глобальной слежки за пользователями мессенджера вне зависимости от того, где они находятся и к какому серверу подключаются».
Возможные жертвы
За последние годы накопилось немало свидетельств того, что российские спецслужбы получают данные о пользователях «Телеграма» без физического доступа к их устройствам и без взлома.
В 2023 году издание The Wired опубликовало истории нескольких российских активистов, подвергшихся преследованию за участие в антивоенных протестах и обсуждение акций сопротивления. По их словам, сообщения в «секретных» чатах оказывались прочитанными, хотя получатели их не открывали. В одном случае полицейский цитировал задержанной её сообщения, отправленные соратникам в «Телеграме» незадолго до обыска.
О новом эпизоде стало известно несколько дней назад. Правозащитный проект «Первый отдел», оказывающий помощь обвиняемым в государственной измене, сообщил, что ФСБ получила доступ к сообщениям, которые россияне отправляли в боты украинских телеграм-каналов — в том числе «Крымский ветер», «Військовий Віщун» и другие.
Согласно документам, переданным «Важным историям» юристами проекта, спецслужбы начали отслеживать переписку пользователей с администраторами украинских каналов как минимум за год до возбуждения уголовного дела. Это практически исключает возможность того, что доступ был получен через устройства самих обвиняемых. А тот факт, что пользователи жили в разных регионах России, указывает на вероятный мониторинг телеграм-ботов и каналов самими силовиками — с фиксацией всех обращений от российских граждан.
Перед публикацией расследования «Важные истории» отправили запросы Владимиру Веденееву и Павлу Дурову. Веденеев согласился ответить на наши вопросы, и мы были готовы представить его позицию, однако на следующий день после разговора он отказался от комментариев. Дуров запрос проигнорировал.
Миф о свободе
«Вся моя жизнь — это стремление к свободе, и моя миссия — дать другим людям шанс — насколько это возможно — тоже обрести свободу. Через платформы, которые я создавал, я надеялся, что они смогут выражать эту свободу. В этом я вижу миссию “Телеграма”, и отчасти такой же была миссия моей предыдущей компании — “ВКонтакте”», — декламировал Павел Дуров в интервью Такеру Карлсону в 2024 году.
За 13 лет до этого Москву и Санкт-Петербург охватили массовые протесты граждан против фальсификаций на выборах в Госдуму. Эти протесты собрали сотни тысяч человек и всерьез напугали власти.
В декабре 2011 года Дуров опубликовал письмо из управления ФСБ по Санкт-Петербургу c требованием удалить ряд оппозиционных сообществ во «ВКонтакте». Соцсеть тогда не стала закрывать группы целиком, но заблокировала аккаунты их наиболее активных пользователей. Свое решение Дуров объяснил так.
«Разговоры о голосованиях, выборах, митингах и гражданской позиции мы считаем формой массового развлечения, наряду с обсуждением футбольных матчей и игрой в “Счастливого фермера”.
В эти декабрьские дни, пока молодежь и ОМОН увлеченно играли в революционеров и реакционеров, мы занимались нашим прозаичным ремеслом, фиксируя запросы аудитории.
Те, кто бросились благодарить нас за содействие политическим протестантам, теряют из вида простое обстоятельство. Если бы в те же дни мы стали проигрывать в конкурентной борьбе из-за отсутствия какого-нибудь сервиса виртуальных массовых репрессий, нам бы пришлось ввести и его. И будьте уверены — наши репрессии были бы самыми массовыми и самыми кровавыми на рынке».
В этом обращении в редакцию Lenta.ru Павел Дуров с удивительной откровенностью, по сути, пересказал свое письмо замруководителя администрации президента Владиславу Суркову, отправленное тогда же, в разгар протестов.
«Как вы знаете, мы уже несколько лет сотрудничаем с ФСБ и отделом “К” МВД, оперативно выдавая информацию о тысячах пользователей нашей сети в виде IP-адресов, номеров мобильных телефонов и другой информации, необходимой для их идентификации. Блокирование оппозиционных сообществ “ВКонтакте” подорвет доверие к нашей сети среди пассионарной молодежи, что в долгосрочной перспективе может свести на нет наши технологические и идеологические усилия по сдерживанию натиска иностранных социальных сетей на отечественный рынок (а также лишит ФСБ и отдел “К” МВД доступа к личным данным пассионарной молодежи. — Прим. ред.)».
Это письмо в 2013 году опубликовала «Новая газета». Журналисты обнаружили его в полученном от источника архиве писем пресс-секретаря «ВКонтакте» Владислава Цыплухина. В переписке Цыплухин отчитывался перед Сурковым о том, как «ВКонтакте» блокирует радикально настроенных пользователей и создает фейковые группы, чтобы разделить и столкнуть протестующих друг с другом. В том же архиве было и письмо Дурова Суркову.
В комментарии «Новой газете» Цыплухин сначала заявил, что не писал писем в администрацию президента, однако после того, как газета опубликовала скриншоты переписки, признал сотрудничество с Кремлем.
Знакомый с Дуровым журналист Николай Кононов пишет в биографической книге о предпринимателе, что в тот день, когда Павел отправил письмо Суркову и колонку в редакцию Lenta.ru, он, «прячась от ведомственных автомобилей, дежуривших у дома Зингера (где располагается офис «ВКонтакте». — Прим. ред.), поднялся в штаб и написал: “Человек не может стать по-настоящему свободным, пока существует в тупиковой парадигме “раб — хозяин“. В этой системе любой хозяин — чей-то раб, и любой раб — чей-то хозяин”».