Век страны без цензуры
Фотодилогия «Родина» Сергея Максимишина: от частных советских архивов до главных кадров современной России
Сергей Максимишин, классик российской документальной фотографии и двукратный лауреат World Press Photo, выпустил двухтомник «Родина». Масштабный фотопроект вышел благодаря успешной краудфандинговой кампании. Первый том основан на массиве «народной» фотографии из коллекции Максимишина: собранный из частных и ведомственных фотоархивов, он охватывает период с начала революции до перестройки, фиксируя негласную историю эпохи. Второй том — путешествие в пространстве: в него вошли собственные снимки автора, сделанные за четверть века по всей стране — с востока на запад. «Важные истории» публикуют избранные кадры из дилогии в сопровождении авторских цитат из книги.
Часть первая. СССР в фотографиях неизвестных авторов. Из коллекции Сергея Максимишина
Родины у меня три: поселок Кодыма Одесской области, где я родился; Керчь, где прошло детство, и Санкт-Петербург, где прожил жизнь. Экстраполируя — СССР и Россия. Первый том дилогии посвящен СССР, второй — России. В первый том вошли работы неизвестных авторов из моей коллекции «народной» фотографии: снимки из семейных альбомов, стенгазет, ведомственных отчетов, памятных альбомов. Фотографии в книге разбиты на главы по хронологии: от революции до перестройки.
1917–1930
Главная неправда «большой» фотографии — само наличие фотографа в точке съемки. Фотограф снимает не жизнь, а реакцию жизни на себя. В «народной» фотографии автор, как правило, хорошо знаком героям снимков. Он «свой», его не боятся, ему доверяют. Конечно, профессиональный фотограф мастеровитее. Зато фотолюбитель ближе.
1930–1941
Надень чистую рубашку, встань здесь, поправь косынку, посмотри на меня. Или не смотри на меня. «Народная» фотография зачастую постановочная. По прошествии времени это перестает быть важным. Сам факт постановки музеефицируется. Так слабое художественное кино со временем превращается в сильный исторический документ.
1941–1945
1945–1953
Великие фотографы документировали великие дела. Фотолюбители снимали маму, папу, бабушку, друзей, пляж, семейные посиделки, свадьбы, похороны. Эти фотографии не предназначались к широкому обнародованию, а следовательно, избежали внимания цензуры и, что не менее важно, самоцензуры.
1953–1964
Мама, папа, друзья и коллеги с удовольствием позировали фотографу, и, по счастью, фотографа мало заботил фон. И именно фон, или, по-умному, контекст, самочинно, по недосмотру неискушенного фотографа пробравшийся в снимок, по прошествии лет превращает незатейливую семейную карточку 6 на 9 в свидетельство.