После удара по складу Wildberries в Электростали судьба некоторых работников остается неизвестной
Их ищут коллеги
В ночь на 18 июля украинские беспилотники атаковали склады Wildberries в Котовске Тамбовской области и подмосковной Электростали. В Котовске погибли семь и пострадали 25 человек. В Электростали — один погибший (неясно, был ли это сотрудник склада WB) и 57 раненых.
Пострадали два крупнейших логистических центра Wildberries с общей пропускной способностью около 10 млн единиц товара. По словам собеседника The Bell, знакомого с ситуацией в компании, повреждения могли затронуть до 10–15% складских площадей маркетплейса.
Многие сотрудники складов после атак не выходят на связь, в Wildberries даже открыли горячую линию для поиска пропавших.
Тем временем сотрудники склада в Электростали рассказывают «Важным историям», что сами до сих пор пытаются узнать о судьбе не выходящих на связь коллег. Во время эвакуации из складских блоков люди столкнулись с давкой и противоречивыми указаниями руководителей, что только увеличило число раненых, говорят они.
Людей загнали под мезонины и не выпускали
Когда началась атака, на складе в Электростали работала ночная смена. Бывший сотрудник Wildberries, который после удара помогает искать пропавших коллег, рассказал «Важным историям», что во время атаки люди не понимали, куда бежать и что им делать.
За месяц до этого, 16 июня, склад уже попадал под атаку беспилотников. Тогда сирену не включили, а сообщения об эвакуации отправили через терминалы сбора данных (ТСД), смартфоны со встроенным сканером для учета товаров, рассказывает наш собеседник.
«Прилетело на седьмой блок, и старшие вообще не понимали, что делать. Там просто люди бегали и говорили, что надо спускаться. Но проблема в том, что в рядах нет интернета. Сообщения, если ты в ряду, получить невозможно», — вспоминает он.
Тогда сотрудников вывели из рядов и велели укрыться под мезонином — многоярусной стеллажной конструкцией, где хранится това р. Эти конструкции состоят из семи ярусов, и быстро спуститься с последних этажей по узким лестницам очень сложно, отмечает он.
После этого случая старшим смен разослали методичку. В ней якобы говорилось, что инженеры рассчитали конструкцию здания и в случае атаки беспилотников всем следует спуститься вниз и ждать под мезонинами.
С одной женщиной связался Wildberries и просто спросил: “А вы живы или нет? И где вы?”. Всё. Никакой поддержки, никаких компенсаций, никакой психологической помощи. Люди без документов, у них сгорело всё, они не знают, как действовать.
По словам бывшего сотрудника, именно по этой инструкции действовали и во время атаки 18 июля. Он считает, что руководство не ожида ло настолько сильного удара.
«Очень многих людей на десятом блоке не выпускали. Их загнали под мезонины. На десятом блоке два мезонина. С первого еще можно добраться к воротам, а со второго уже невозможно успеть. Да и спуститься с седьмого этажа занимает очень много времени», — рассказывает собеседник.
По его словам, мезонин загорелся почти сразу после удара — вокруг находилось «нереальное количество коробок».
«Сотрудники до сих пор в шоковом состоянии. С одной женщиной связался Wildberries и просто спросил: “А вы живы или нет? И где вы?”. Всё. Никакой поддержки, никаких компенсаций, никакой психологической помощи. Люди без документов, у них сгорело всё, они не знают, как действовать. А люди, которые приехали сюда из, допустим, Киргизии? У них же вообще беда», — рассказывает он.
После удара несколько его коллег перестали выходить на связь. Перед началом смены сотрудники оставляют телефоны, документы и личные вещи в шкафчиках. Часть шкафчиков сгорела во время пожара, другие начали открывать только спустя сутки.
«Может быть, люди просто поэтому остались без связи», — предполагает собесе дник.
Компенсации продавцам могут удержать с сотрудников
Большинство работников складов оформлены не по трудовым договорам, а по договорам гражданско-правового характера (ГПХ), подчеркивает бывший сотрудник.
«Пострадавших, я думаю, будет очень много. Обычно в моменте там работает около восьми тысяч человек. В ночную смену поменьше. Но на Wildberries не оформляют по трудовым договорам, там ГПХ. А что с ГПХ? Был человек, нет человека. Вход на территорию только по бейджикам».
«Важные истории» направили пресс-службе объединенной компании Wildberries & Russ запрос с просьбой сообщить, сколько сотрудников прошло через КПП по бейджам перед началом ночной смены с 17 на 18 июля и сколько покинуло склад после атаки. На момент публикации ответа редакция не получила.
Еще одной особенностью работы на складе, по словам собеседника, были строгие досмотры сотрудников.
«Приходим на работу, прислоняем бейджик, нам выдается шкафчик, туда складываем все свои вещи, раздеваемся, берем форму, с формой в нижнем белье и без носков идем на досмотр к охраннику, они нас обыскивают и идем дальше. То же самое у женщин. Их досматривают женщины, но за камерами все равно сидят мужчины».
Руководящий персонал, утверждают несколько наших собеседников, проходит на склад через отдельный вход.
По словам бывшего сотрудника, на складе также работали граждане Северной Кореи.
«Граждане Северной Кореи работают на приемке, их водят отдельно под конвоем, с ними запрещено общаться, они принимают пищу отдельно ото всех. Со временем их начали привозить в ночные смены, чтобы днем не отсвечивали сильно», — говорит он.
В профсоюзных и рабочих чатах сотрудники логистических центров опасаются, что компенсировать продавцам стоимость утраченных в пожаре товаров Wildberries будет из кармана складских рабочих. Один из наших собеседников объясняет, что ответственность за поврежденный товар в Wildberries нередко распределяют между несколькими работниками.
«Самое жесткое — это разделение ответственности. Допустим, товар на 10 тысяч рублей оказался бракованным, и за это платят все люди в цепочке, примерно семь человек. Ты заработал пять тысяч рублей, деньги с баланса можешь вывести только через два дня. За это время с тебя вычтут долю за товар, который оказался бракованным. Компенсации селлерам, я думаю, будут удерживать с заработка людей. Так всегда и было. Wildberries вложился в склады, что с товаром — ему не важно. За доставку, хранение, рекламу им платят», — рассказывает он.
Собеседник предполагает, что компенсации продавцам за утраченный товар могут отразиться и на заработке сотрудников.
Текучка кадров на складе «гигантская». С его слов, за все время на складе отработали сотни тысяч человек и сотрудники часто даже не знают друг друга.
Давка на лестницах и закрытые ворота
В десятом блоке эвакуация быстро превратилась в хаос, рассказала «Важным историям» сотрудница склада.
«Люди с первых ярусов успели быстро выбежать. У тех, кто спускался с шестого-седьмого этажей, произошла толкучка, давка на лестницах», — поделилась она.
Когда люди спустились вниз, старший смены потребовал сначала сдать ТСД.
«Начался конфликт, линейники стали кричать: “Какой ТСД?! Надо спасаться!” Старшие все равно начали собирать ТСД и никого не отпускали».
Затем, как говорит собеседница, выяснилось, что погрузочные ворота десятого блока не открылись автоматически.
«Старший сказал, что нужно просто дождаться пожарных, они придут и откроют сами. Только когда пошел пиздец, соседний блок посыпался по корпусу, старший побежал через их отдельный ход. Все ломанулись за ними, а это обычный узкий дверной проем и там турникет. Без понятия сколько там людей, ну что-то вроде 20–30 человек за раз. Все полезли под турникетом, прыгали через турникет. Вот эта вся давка, люди друг на друга наступают. Ну, пиздец», — вспоминает сотрудница.
После эвакуации сотрудники начали искать коллег, которые перестали выходить на связь. По словам собеседницы, многие не могли связаться друг с другом, потому что телефоны остались в шкафчиках.
«Есть люди, которые не вышли на связь, есть пропавшие. Старшие блоков пытаются выявить тех, кто не выходит на связь, и сопоставить с теми, кто вышел. Выявить количество погибших и пострадавших. К шкафчикам людей не допускали, поэтому связи в любом случае никакой нет».
По словам сотрудницы, среди пропавших оказалась семейная пара из ее команды — Наташа и Женя, им «где-то по 50 лет».
Сотрудник седьмого блока рассказал «Важным историям», что в его смене эвакуация прошла без давки: после июньской атаки персонал несколько раз тренировался действовать при тревоге.
По его словам, выбегая из здания, сотрудники проходили мимо девятого и десятого блоков, где уже лежали пострадавшие.
Он также рассказал, что в рабочих чатах сотрудники писали о досмотре во время эвакуации в одном из блоков, несмотря на пожар и дым.
«Не знаю, как: ощупывали или сканером. Там тоже не сразу сработала сигнализация, уже дым был», — добавил он.
На фоне жалоб сотрудников на организацию эвакуации Татьяна Ким объявила, что Wildberries изменил правила действий при нештатных ситуациях на логистических объектах.
«Безопасность в наших центрах — это приоритет, поэтому при малейшей угрозе мы принимаем все меры, направленные на ее обеспечение», — заявила она.
Какие именно изменения внесла компания, Ким не уточнила. По ее словам, Wildberries также пересмотрит размер вознаграждений сотрудников и исполнителей, чтобы сохранить привычный уровень выплат во время эвакуаций.
После эвакуации пропали минимум девять человек
По словам собеседников «Важных историй», сразу после атаки коллеги не могли связаться как минимум с девятью сотрудниками. К моменту публикации часть из них уже вышла на связь, однако сколько человек по-прежнему остаются пропавшими, пока неизвестно.
После атаки сотрудники Wildberries в рабочих чатах продолжили обсуждать отсутствие четкого алгоритма действий при ударах беспилотников. Многие писали, что после июньской атаки компания так и не объяснила персоналу порядок эвакуации, а требования сдать ТСД могли задерживать людей на выходе.
Один из сотрудников писал: «Нам нужен четкий и прозрачный алгоритм поведения в такой ситуации, включающий все варианты развития событий и страхующий все риски. А то убежишь с ТСД, приедешь сдавать, а тебе хищение припишут».
Уже на следующий день после удара Wildberries начал перераспределять сотрудников из Электростали на другие склады. Согласно сообщению в корпоративном приложении компании, с 19 июля были запущены дополнительные автобусные рейсы из Электростали и Фрязево до складских комплексов «Коледино», «Владимир» и сортировочного центра «Софьино». До склада во Владимир автобусы должны ходить 12 раз в сутки.