Удалось ли Украине достучаться до россиян ударами по Wildberries

Уже почти два месяца украинские беспилотники методично разрушают логистические центры крупнейших российских маркетплейсов: первый удар по складам Wildberries был нанесен 18 июля. Советник президента Украины Владимира Зеленского Михаил Подоляк объяснял, зачем это делается: нарушить военные поставки, вызвать недовольство людей и нанести ущерб российской экономике. 25 августа атаки расширились на второй после Wildberries маркетплейс, Ozon.

Дальнобойные удары по логистической инфраструктуре России, атаки на склады Wildberries — способ заставить страну сесть за стол переговоров, поддержал этот план президент Финляндии Александр Стубб.

«У меня для Стубба плохая новость: горящие склады дают эффектную картинку и приносят их владельцам и продавцам товаров большие убытки, но не так много значат для экономики страны, даже для самих маркетплейсов не значат остановку деятельности, по крайней мере в ближайшее время», — говорит бизнес-консультант по работе маркетплейсов.

Ущерб триллионный, но в масштабах страны — не критичный

Цифры потерь впечатляют — около триллиона рублей. Для понимания этой цифры: оборот всей российской розничной торговли в прошлом году составил более 60 трлн рублей, из них более 10 трлн пришлось на онлайн, из которых более половины пришлось на два главных маркетплейса. То есть в масштабах страны цифры потерь впечатляют уже меньше.

Пострадали не только маркетплейсы, но и селлеры, которые через них торгуют: у них сгорел товар; 0,4 млн селлеров, а всего их в России порядка 1,5 млн.

Еще одна пострадавшая категория — работники сгоревших складов. Консультант по работе на маркетплейсах напоминает, что на складах работают тысячи местных жителей, причем Wildberries платит большие, по местным меркам, деньги — до 7 тыс. рублей за смену. «Несколько лет назад в некоторых регионах, где был дефицит рабочих рук, например в Карелии, местные власти долго не согласовывали Wildberries строительство склада, опасаясь, что местные предприятия встанут», — вспоминает девелопер складской недвижимости.

«Перебои в работе крупнейших маркетплейсов создают риски локального повышения цен на отдельные непродовольственные товары из-за сокращения предложения, отмены скидок и удорожания логистики», — считают аналитики Центробанка. «Думаю, украинские власти настроены добить Wildberries и посмотреть, что получится», — рассуждает экономист Владислав Иноземцев. «Ничего страшного», — полагает он. 

Напечатают денег — и раздадут потерпевшим

Украина надеется создать эффект домино, говорил Подоляк: проблемы Wildberries станут проблемами крупных банков, которые выдавали кредиты ей и ее селлерам. Но это вряд ли случится.

«Сбер» и ВТБ уже обещали помочь (1, 2). ЦБ рекомендовал банкам реструктурировать кредиты пострадавшим: не требовать погашения долга, а отсрочить платежи. К началу сентября «Сбер» получил от селлеров заявок на реструктуризацию кредитов на 8 млрд рублей, а ВТБ — на «сотни миллионов». В масштабах госбанков с активами в десятки триллионов — это копейки. Маркетплейсы за реструктуризациями кредитов в ВТБ пока не обращались. А когда обратятся, проблем не будет, уверен Иноземцев: «ВТБ — непотопляемая структура. ЦБ вольет в него столько денег, сколько понадобится, и это деньги не из бюджета — ЦБ их напечатает, помочь ВТБ гораздо легче, чем Wildberries». Банковский кризис из-за ударов по складам обсуждать несерьезно, категоричен он.

Правительство тоже принимает меры поддержки: селлерам дали год отсрочки по уплате налогов и страховых взносов и ввели мораторий на налоговые проверки. Отдельные меры поддержки приняты для самой Wildberries — «направленные на сохранение функционирования группы», но они не раскрываются. Наконец, Владимир Путин поручил принять программу восстановления складов: «Логистические… мощности, конечно, требуют восстановления, в том числе при участии государства».

Маркетплейсы продолжают работу, даже бизнес Wildberries разрушен не полностью, доставка заказов продолжается, хотя сроки ее возросли.

Система работает без серьезных сбоев, потому что маркетплейсы оперативно перестроили логистику, говорят селлеры (мы рассказывали об этом). Wildberries задействует для длительного хранения склады в соседних странах (Казахстане, Беларуси, Узбекистане): что-то у нее уже есть или строится, где-то она договаривается об аренде. Ozon начал использовать для хранения товаров пункты выдачи заказов (ПВЗ). Они, как правило, небольшие, их у маркетплейсов тысячи — по каждому не ударишь. Wildberries предложила владельцам складов стать партнерами маркетплейсов по модели ПВЗ и заниматься сортировкой и хранением заказов, первые такие склады уже начали работу.

Маркетплейсам есть чем заменить разрушенные склады. На волне ажиотажного спроса на склады в 2023–2024 годах их понастроили с избытком, но экономика затормозила, и образовалось большое количество свободных площадей. Например, в московском регионе к июлю было почти 500 тыс. кв. м, сообщала IBC Real Estate.

Многие видят в этом бизнес-возможность. «Чем черт не шутит, вдруг это, наконец, позволит «Почте России» сделать окупаемую сеть ПВЗ. Вдруг теперь у «Почты» все полетит?», — рассуждает консультант по работе на маркетплейсах. «Были бы свободные средства, купил бы сейчас побольше складской недвижимости для сдачи маркетплейсам, на ближайшие год-два это будет золотая тема», — говорит предприниматель, владеющий сетью ПВЗ. Другая логистическая идея — использовать свободные площади в торговых центрах, рассказывает представитель одной из ассоциаций специалистов торговой недвижимости и ритейла: в пустующих ТЦ можно было бы создать гигантские хабы-ПВЗ. «В регионах от желающих отбоя не будет», — уверен он.

С точки зрения торговли в целом, нет проблем. Последние годы торгцентры пустели, покупатели уходили в онлайн. Маркетплейсы «сожрали офлайн-розницу», говорил руководитель Центра финансовой аналитики Сбербанка Михаил Матовников. Теперь этот тренд развернулся: часть торговли возвращается в традиционную розницу. Если вам надо что-то купить, но у маркетплейса проблема, вы пойдете куда-то еще. В Москве и Санкт-Петербурге уже выросла посещаемость торгцентров. 

Ускорение инфляции также обещает быть умеренным. Ключевое слово в приведенном выше комментарии аналитиков ЦБ про повышение цен — «локальное». Значительная часть ПВЗ — это малый бизнес, их часто открывают жители в районах, куда крупные сети не идут — невыгодно. Сопоставимой с Wildberries и Ozon сети пунктов выдачи заказов в регионах больше ни у кого нет, считает консультант по работе на маркетплейсах, а «эти двое уже в каждой деревне открылись». Разрушение системы доставки товаров — это удар не по Москве и Питеру, а главным образом по провинции, по людям, живущим вне крупных городов, говорит ведущий эксперт NEST-центра Сергей Алексашенко.

В зоне риска сейчас логистические системы всех крупных ритейлеров — X5, DNS, «Магнита» — да кого угодно, и по их складам уже били дроны, и, очевидно, продолжат бить, но элементов в системе торговли и поставки товаров сейчас так много, что выживет достаточно, чтобы потребители не почувствовали критических перебоев, считает аналитик российского госбанка: «Если доступный к покупке ассортимент в регионах снизится наполовину, это будет грустно и отбросит нашу торговлю лет на пять назад, но все равно выбор останется достаточно широким, чтобы получить все необходимое», — полагает он. 

Так что макроэкономические последствия атак на Wildberries будут «меньше 0,1% ВВП, это точность округления», говорит Алексашенко. Атаки на склады наносят существенный ущерб, но он не повлияет на способность России воевать, заключает Иноземцев.

Недовольные есть, но они не пацифисты

Смысл, по их мнению, в другом: «Украинские военные пытаются показать россиянам, что война пришла к ним», — говорит Алексашенко. Можно дать Wildberries денег, они восстановят и перестроят логистику, хоть это займет время, «а вот вернуть людям ощущение нормальности, что жизнь, несмотря на войну в Украине, идет своим чередом, — этого Кремль не может», рассуждает он.

Главными событиями последних месяцев для россиян стали атаки дронов на российские города, НПЗ, склады Ozon и Wildberries, а также проблемы с бензином, комментирует результаты своих опросов «Левада-центр». В опросах фонда «Общественное мнение» тройка самых частых ответов о том, какие события последних четырех недель запомнились больше всего, такая: война, налеты дронов и топливный кризис.

Правда, в июльском опросе, когда начались удары по складам, атаки на Wildberries заняли третье место с показателем 10%, а в сентябрьском — тоже третье, но с показателем 1%. Тема не ушла из повестки, но частота упоминаний стала снижаться. Люди привыкли, приспособились, как и к другим неприятностям.

Поэтому вряд ли стоит ждать, что разрушение маркетплейсов серьезно изменит настроения россиян. Опрос «Левада-центра», в котором россияне назвали удары по Wildberries третьим по важности событием, показывает, что шок не вызывает смены позиции по поводу войны. На вопрос, что делать России, если добиться мира пока не получается, — идти на уступки или наращивать удары по Украине, 56% поддерживали усиление ударов, а уступки ради мира — лишь 25%. С января соотношение этих ответов практически не изменилось, отмечает «Левада-центр».

Бесполезно рассчитывать на то, что минимальные экономические трудности изменят ситуацию в стране, уверен Иноземцев: «Никому не подотчетная авторитарная власть не будет ничего делать для задабривание плебса, который на протяжении вот уже нескольких десятилетий не проявляет никаких признаков серьезного публичного недовольства». На Кремль все это не повлияет, согласна политолог Мария Снеговая, для этого должен произойти эффект снежного кома, когда факторы, которые подрывают российскую экономику, накопятся и запустят цепочку событий, которая приведет к мощному кризису, например банковскому. Но неизвестно, сколько времени до этого пройдет, признает Снеговая.