Россия бьет по украинским городам новым мощным оружием — реактивными дронами. Есть ли ответ у ВСУ?

«Дрон был направлен прямо в кабинет руководителя СБУ», — написал 4 сентября Владимир Зеленский после удара БПЛА в здание Службы безопасности Украины в центре Киева. 

Беспилотником оказалась «Герань-4» — один из нескольких реактивных дронов, которые российская армия в последние месяцы начала массово запускать по Украине. Эти БПЛА отличаются высокой скоростью и точностью, а эффективно противодействовать им ВСУ пока не могут.

Зачем понадобились реактивные дроны

Российские реактивные ударные беспилотники — это потомки иранского Shahed-136 (российское название — «Герань-2»). Россия начала бить этими дронами по Украине осенью 2022 года, а потом запустила их масштабное производство. 

Украинская армия довольно быстро научилась сбивать «шахеды», у которых было два больших недостатка — низкая скорость (менее 200 км/ч) и относительно небольшая высота полета (до 2 км). Россияне сильно модифицировали «Герань-2», в первую очередь усовершенствовав системы управления и противодействия средствам РЭБ. Объемы производства с годами увеличивались, в том числе за счет появления «Герберы» — дешевой версии «Герани-2», часто запускаемой без взрывчатки для отвлечения ПВО.

Старые «шахеды» можно сбивать из пулеметов мобильных огневых групп, средствами ПВО малого радиуса действия; под воздействием РЭБ они теряют управление, отклоняются от курса или падают. В 2025 году украинцы начали применять дроны-перехватчики. В результате сейчас уничтожается 90–95% «гераней-2» и их модификаций, говорит представитель Воздушных сил ВСУ Юрий Игнат.

Беспилотниками, способными массово преодолевать украинскую ПВО, стали реактивные БПЛА. До лета 2026 года случаи их применения были единичными, но с июня количество резко возросло. 21 сентября Юрий Игнат отчитался, что за всё время Россия запустила около 7700 реактивных дронов, около 1900 из них — с начала сентября. По его же словам, ВСУ сбивают лишь 60% таких БПЛА. Скоро из всех ударных беспилотников, производимых в России, 60% будет приходиться на реактивные дроны, остальные 40% — на обычные «герани-2», считает Сергей Бескрестнов, советник президента Украины, специалист по системам связи.

Какие реактивные дроны запускает Россия

Отличие реактивных дронов от обычных понятно из названия: вместо традиционного бензинового мотора с пропеллером на них устанавливают реактивный двигатель. Россия закупает их в Китае. Реактивные дроны летят значительно быстрее и выше обычных, что делает их практически неуязвимыми для мобильных огневых групп и дронов-перехватчиков, разработанных для борьбы с «геранями-2». Правда, дальность у них сильно меньше. Вот характеристики «гераней-2» и реактивных БПЛА.

Третья и четвертая модели «Герани» внешне мало отличаются от второй. Это всё то же большое крыло-треугольник. «Герань-5» принципиально иной формы и больше похожа на крылатую ракету. Вероятно, он сделан на основе иранского «ракетоподобного» дрона Karrar. 

«Герань-5» — не единственный российский боеприпас, сочетающий качества беспилотника и крылатой ракеты. В 2026 году россияне всё чаще применяют ракету «Бандероль» (скорость — до 650 км/ч, дальность — до 500 км) и разрабатывают другие похожие виды. «Мы видим прогноз по производству “бандеролей” — до 1000 в месяц. Кроме того, они будут производить аналогичную ударную реактивную ракету под названием “Дань-Т”, “Дань-М”», — говорит Сергей Бескрестнов.

Кроме скорости эксперты отмечают точность реактивных дронов. Она может обеспечиваться двумя способами: управлением с помощью mesh-сетей и системой донаведения с использованием ИИ, говорит Константин Криволап, авиационный эксперт, бывший инженер КБ «Антонов». 

Mesh-сеть — это сеть специальных модемов-передатчиков, устанавливаемых на ударные дроны. Сигнал передается от одного БПЛА к другому, в конце концов его получает оператор, который может управлять нужным ему беспилотником в режиме реального времени. «Каждый модем пытается связаться с другим, а если один из них исчезает из сети, то информация не теряется, а идет в обход другим каналом. Если один из БПЛА будет сбит, или три, или даже практически 80% будут сбиты, то оставшиеся смогут передавать информацию», — объяснял Сергей Бескрестнов. Наземными точками связи с дронами могут быть в том числе ретрансляторы, установленные в Беларуси недалеко от границы, считают в Украине.

Часть реактивных дронов оснащена высококачественными камерами, с помощью которых БПЛА на последнем этапе захватывает цель. «Оператору, управляющему "Шахедом", не нужно ничем управлять и ничего делать. У него есть, например, какой-то квадратик. Он показывает: захватить эту цель. И далее "Шахед" автоматически движется к этой цели», — рассказывает Бескрестнов. По его словам, главная проблема в том, что после захвата цели системы РЭБ становятся бесполезны.

Как сбивать реактивные дроны

Массовое применение реактивных дронов в последние месяцы стало большой проблемой для Украины. БПЛА бьют по предприятиям, торговым центрам, бизнес-центрам, поездам, заправкам и т. д. Нередко беспилотники попадают и в жилые дома, разрушения при этом могут быть более серьезными, чем в случае со старыми «геранями-2». «На реактивной тяге "Шахед" может попасть в дом и за счет кинетической силы разрушить стену и залететь внутрь. Несмотря на то что полезная нагрузка осталась в пределах обычных "шахедов", разрушения могут быть более значительными. То есть заряд остался прежним, но из-за высокой скорости удар по цели сильнее», — объясняет Анатолий Храпчинский, офицер запаса Воздушных сил ВСУ.

В конце августа Киев пять суток был под практически непрерывной атакой реактивных дронов. Россияне изменили тактику и запускали беспилотники небольшими партиями (до 10 штук), но часто — примерно каждые полчаса.

Из-за постоянных остановок транспорта в Киеве возникал коллапс. Особенно сложно было тем, кому требовалось перебраться через Днепр. «Если ты живешь на левом берегу, а работаешь на правом, или наоборот, то пребываешь в тотальной паранойе. Слыша тревогу, боишься не того, что тебя разбомбят, а что опять не доедешь куда надо», — рассказывал житель Киева. В начале сентября в Украине ввели два вида воздушных тревог — желтую (при атаке только беспилотников) и красную (для ракетных ударов). В частности, при желтом уровне тревоги в Киеве может работать транспорт.

Сейчас самое эффективное средство в борьбе с реактивными дронами — истребительная авиация. После начала массированных налетов самолеты стали использовать гораздо чаще, пилотам нередко приходится выполнять рискованные маневры, рассказывал Юрий Игнат. Также реактивные беспилотники сбивают из наземных средств ПВО: «Работает авиация, работают зенитные ракетные войска. Если дрон находится в зоне досягаемости малой противовоздушной обороны или переносных зенитно-ракетных комплексов, работают соответствующие средства». Этого хватает, чтобы сбивать около 60% реактивных БПЛА.

Важным средством борьбы с ними должны стать новые, более скоростные дроны-перехватчики. Те, которые у ВСУ есть сейчас, были созданы для уничтожения медленных «гераней-2» и за быстрыми реактивными дронами просто не успевают. «Если речь идет о параллельном преследовании, наш перехватчик, который сейчас находится на вооружении, просто не догонит реактивный дрон. Ему не хватит мощности», — говорит офицер ВСУ, политолог Андрей Ткачук. При заходе на цель встречным курсом шансы возрастают, но и такие случаи поражения остаются единичными.

Решить проблему должны дроны-перехватчики с реактивным двигателем. В августе Минобороны Украины сообщало, что первый такой перехватчик принят на вооружение, 19 сентября Владимир Зеленский опубликовал видео успешного применения перехватчика против реактивного «Шахеда». 21-го числа в компании «Дикие шершни» сообщили, что их дроны-перехватчики Sting S уничтожили около 10 «гераней-4» и несколько «гераней-5». Вечером 23 сентября Зеленский рассказал об успешных испытаниях уже четырех дронов-перехватчиков.

Украинские эксперты признают, что время на разработку и масштабирование производства реактивных дронов-перехватчиков было упущено. 

«Еще в январе 2024 года по Украине впервые пролетел реактивный дрон "Шахед-238", а в январе 2025 года — первая "Бандероль". И тогда следовало начать планировать инструментарий противодействия им. Но этого сделано не было. Мы реагируем по факту, когда россияне их уже масштабировали», — говорит военный аналитик Александр Коваленко. «Вопрос в том, почему мы своевременно не задействовали соответствующие средства. Ведь всё время говорилось о том, что враг делает ставку на дешевые средства поражения на реактивной тяге», — соглашается Анатолий Храпчинский.

Выйти на объем производства дронов-перехватчиков, сопоставимый с числом реактивных БПЛА, реально до конца года, считает Коваленко: «Хорошо, что их можно производить на тех же мощностях и конвейерах, которые выпускают дозвуковые, простые дроны».