Как Россия выводит деньги с захваченных украинских предприятий

Вскоре после захвата украинских городов российской армией на оккупированной территории начался передел собственности. Владельцами многих крупных предприятий стали россияне, а руководить ими часто назначали местных жителей. 

Российские власти уже несколько лет говорят про необходимость преобразования экономики и промышленности Донбасса. В июне 2026-го Владимир Путин назвал это «ключевой общенациональной задачей» и говорил о «раскрытии колоссального потенциала этих земель» — почти так же, как и за год до этого. 

Но приоритетом для Кремля остается поддержание войны, в том числе за счет этих «новых территорий». Заводы в захваченных регионах переводят под контроль россиян, нередко силой, с них вывозят оборудование и используют для выпуска военной продукции на нужды армии РФ. 

Этим Россия не ограничивается. «Важные истории» рассказывают, как новые владельцы выводят сотни миллионов рублей с предприятий на оккупированных территориях. Эти деньги уходят на войну, в то время как сами предприятия остаются в долгах и не могут продолжать работу.

1,5 миллиарда на «помощь армии Российской Федерации»

Одна из самых заметных фигур, сотрудничающих с российскими бизнесменами и властями в оккупированной Донецкой области, — украинский предприниматель Юрий Мурай. В 2023 году его назначили руководителем металлургического комбината им. Ильича, который захватили соратники главы Чечни Рамзана Кадырова. До оккупации это предприятие было одним из крупнейших в Донецкой области и принадлежало украинскому бизнесмену Ринату Ахметову. По его оценке, довоенная капитализация ММК им. Ильича и «Азовстали» составляла 11 млрд долларов.

«Важные истории» обратили внимание, что с 2023 года Мурай стал совладельцем или руководителем еще как минимум четырех промышленных компаний в Мелитополе и Бердянске, а также двух благотворительных фондов, зарегистрированных в Крыму. 

Судя по отчетности одного из них, фонда «Салгир», в 2025 году в фонд поступило несколько пожертвований на общую сумму больше миллиарда рублей. Эти деньги в том же году ушли со счетов фонда. В 2023 и 2024 годах через фонд тоже прошли сотни миллионов — 575 и 909,6 млн рублей. 

«Важные истории» выяснили, что крупнейшим источником денег для этого фонда в 2024 и 2025 годах стало запорожское предприятие — Днепрорудненский железорудный комбинат (ДЖРК). Это следует из судебных решений и отчетности самого «Салгира». Руководителем ДЖРК в 2025 году был тот же Юрий Мурай. «Салгиром» он руководил с июля 2023-го по июль 2024-го. 

Всего за два года ДЖРК пожертвовал «Салгиру» около 1,5 млрд рублей. Это более 80% всех денежных пожертвований фонду за этот период. В судебных материалах говорится, что деньги были направлены «на помощь армии Российской Федерации в условиях проведения специальной военной операции». 

В отчетности «Салгира» указано, на что именно фонд потратил эти деньги. В 2025 году почти 900 млн рублей ушло на программу «Помощь воину» — это реабилитация, материальная и духовная поддержка участников «СВО», организация патриотических акций в поддержку войны, «противодействие информационно-психологическому воздействию в СМИ» и другие задачи. 36 млн фонд потратил на покупку автомобилей «с целью дальнейшей их передачи для работы в СВО». Похожие суммы были потрачены на эти направления и в 2024 году.

В 2024 году «Салгир» закупил автомобили на 48,3 млн рублей специально для разведывательно-штурмовой бригады «Конвой Е.И.В.». Ей же в 2024–2025 годах фонд передал подаренные ему автомобили на общую сумму около 95 млн рублей. Эта ЧВК была создана главой Крыма Сергеем Аксеновым в конце 2022 года, писали «Важные истории». Руководит ей Константин Пикалов — бывший вагнеровец с позывным «Мазай», работавший на Пригожина, в том числе в Африке. «Снабжение, питание, экипировка и вооружение — за счет внебюджетных средств, которые находит глава Крыма», — рассказывал гостелеканал ВГТРК об обеспечении ЧВК «Конвой».

Еще 69,5 млн в 2025-м «Салгир» потратил на «информационную поддержку» — освещение «СВО», в том числе в телеграм-каналах, и на консультации по льготам для военных. Что и в каких телеграм-каналах освещалось, в отчетности не сказано.

Помощь «СВО», несмотря на угрозу банкротства

Относительно общих трат России на войну пожертвование в 1,5 млрд рублей — это мизерная сумма, но значительная для самого предприятия: по подсчетам «Важных историй», это примерно 7% его выручки за два года. И сделаны были эти пожертвования, когда ДЖРК не справлялся с задолженностями и судился с энергокомпанией из-за долгов за электричество — в двух исках к предприятию была заявлена общая сумма в 1,3 млрд рублей (с неустойкой 522,7 млн рублей). 

ДЖРК в апелляции представил отчет о пожертвованиях «Салгиру», чтобы убедить суд снизить неустойку. Представители компании также утверждали, что ДЖРК является градообразующим предприятием и его закрытие приведет к кризису в Днепрорудном и «депрессии» еще в семи ближайших населенных пунктах из-за безработицы. Все эти доводы вместе с подтверждением пожертвований сработали в двух судебным спорах с энергетической компанией. ДЖРК вышел из разбирательства с минимальными потерями: суммарно суд срезал неустойку с 522,7 млн до 5,2 млн рублей. 

Но у ДЖРК были и другие задолженности. В августе Федеральная налоговая служба подала в арбитражный суд Запорожской области заявление о признании комбината банкротом из-за долгов по налогам. В банкротстве с сентября 2026 года находится и управляющая структура ДЖРК — компания «Индустриальные инновации». Ее совладельцем в 2023 году стал россиянин Александр Барымов, связанный с бизнес-проектами Виктор Медведчука, которого считают кумом Путина. 

До оккупации Днепрорудненский комбинат принадлежал двум иностранным компаниям и украинскому холдингу «Метинвест» Рината Ахметова. Это было прибыльное предприятие, на котором работало почти пять тысяч человек. В 2021 году его прибыль составила 5,2 млрд гривен (примерно 14 млрд рублей). 

При российском руководстве предприятие полноценно проработало недолго. В 2025 году работа там встала из-за атак БПЛА. «С ноября 2025 года на предприятии объявлен простой, и добыча железной руды не осуществляется», — говорится в решении запорожского арбитражного суда, который рассматривал иск к комбинату о взыскании с него долга за поставку товара. 

В этом деле представители ДЖРК признали сразу несколько проблем: постоянные перебои с электроэнергией, которые привели к простою и остановке добычи руды, «кадровый голод из-за оттока квалифицированных работников» и санкции, которые «усложняют ремонт иностранной техники и увеличивают сроки поставки запчастей». А в 2026 году рабочие ДЖРК пожаловались на долги по зарплате.  

В октябре 2026-го суд прекратил дело по заявлению ФНС о банкротстве, так как комбинат погасил долг перед налоговой (по данным «Важных историй», у него по-прежнему есть задолженность по налогам на сумму более 1,5 млрд рублей). Финансовые проблемы ДЖРК явно не решены: спустя две недели после этого ростовская компания сообщила о намерении подать заявление о банкротстве ДЖРК. Всего же с середины июля по конец октября 2026 года к ДЖРК поступило как минимум 22 иска: от энергосбытовой компании, теплосети, водоканала и подрядчиков из Москвы, Ростова-на-Дону, Екатеринбурга, Ярославля и Крыма на сотни миллионов рублей.

Не только ДЖРК

Этот запорожский комбинат — не единственное предприятие на оккупированных территориях, деньги которого используют для поддержки российской армии. 

В 2023-2025 годах компания «МДК», зарегистрированная в Ленинградской области, переводила деньги на нужды армии. Под ее контролем находятся четыре завода в Запорожской области: Мелитопольский завод автотракторных запчастей (МЗАТЗ), литейный завод, а также Гидросила МЗТГ и Гидросила ТЕТИС.

В судебных документах, которые изучили «Важные истории», говорится, что «МДК» пожертвовала 10,8 млн рублей в мелитопольский Фонд поддержки Добровольческого батальона им. П.А. Судоплатова (сейчас он называется Фонд содействия безопасности и обороне имени П.А. Судоплатова»). Фондом руководит депутат Заксобрания Запорожской области от «Единой России» Роман Стариков. 

Переводы «МДК» фонду Судоплатова тоже, как и в случае с ДЖРК, совпали по времени с просрочкой платежей предприятий компании за электроэнергию. Поставщик электричества подал к «МДК» два иска на 44,3 млн и на 7,1 млн рублей долга. Плюс МДК накопила 492,1 млн рублей долгов по налогам. 

Из-за долгов пострадали рабочие предприятий оккупированной части Запорожской области, которыми управляет «МДК». 

В 2026 году оккупационная прокуратура установила, что «МДК» два месяца не платил зарплату как минимум 241 сотруднику завода автотракторных запчастей — долг превысил 23,5 млн рублей. В январе в телеграм-каналах появилось видео, снятое на МЗАТЗ: рабочие в фуфайках греются в цеху у костра, рядом лежит снег. «Вот захожу в склад готовой продукции. Это все снег. Потому что крыша отсутствует от слова совсем. А директриса психует, что детали не продаются. Вот готовая продукция ржавая», — говорит на видео рабочий предприятия.    

«Если эти деньги действительно были переданы для поддержки войны, возникает вопрос, по какой причине это было сделано — особенно принимая во внимание то, что у предприятия были долги, — говорит «Важным историям» антикоррупционный эксперт, попросивший об анонимности. — Вполне возможно, что речь идет о принудительных пожертвованиях, или в обмен на перечисление пожертвований были предоставлены какие-то гарантии — например, отсутствие внеплановых проверок, гарантии безопасности». 

В обоих судебных спорах с энергетическими компаниями «МДК» использовала пожертвования армии как повод снизить неустойку. Но общему кризису это не помогло: в августе 2026 кредитор «МДК» сообщил о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве компании. 

Представители фонда «Салгир» и собственник «МДК» не ответили на наши вопросы. Юрий Мурай также проигнорировал вопросы «Важных историй» о пожертвованиях, которые Днепрорудненский железорудный комбинат делал в пользу армии РФ.